Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Все мы, дорогие братья сестры, последнее время стали невольными свидетелями ожесточенной дискуссии по поводу строительства часовни в честь Святой Троицы на площади Новособорной. И одним из аргументов, которые приводят противники строительства часовни, является тот аргумент, что рядом, находится уже храм. Зачем так близко строить еще и часовню? Ведь можно помолиться Богу и в близлежащем храме? А на площади Новособорной мы хотим гулять, танцевать, устраивать концерты или прогуливаться. Часовня как будто бы этому помешает. Но вот чтобы ответить на этот вопрос мы можем вспомнить событие, которые описано в Евангелие. В городе Иерусалим находилась купель - водоем, который назывался Силоам.

Когда в нашей жизни всё хорошо, мы зачастую думаем, что всегда так и будет. С таким же ощущением проводили дни своей жизни в 626 г. от Рождества Христова жители Константинополя — центра тогдашней культуры, самой развитой на тот момент цивилизации. Они наслаждались всеми благами жизни, но наступил трагический момент. Вся армия во главе с военачальниками ушла из города воевать, остались только простые мирные жители, и город, стоящий на берегу Босфора, оказался неожиданно, непредугаданно окружён врагами — язычниками, желающими завладеть несметными богатствами Константинополя, а всех жителей уничтожить.

Когда до наступающего Великого поста остаётся совсем немного времени, Церковь преподает для нашей пользы известную притчу Спасителя о блудном сыне. Это очень понятная и часто встречающаяся в нашей жизни история о том, как дети могут быть неблагодарными.

Мы приближаемся ко времени Великого поста. В Священном Писании в известной притче говорится о двух людях, которые зашли в храм помолиться. Один из них был мытарь, а другой — фарисей. Фарисей, зайдя в храм, начал говорить Богу о том, что он не такой человек, как все остальные, о том, что он не пьяница, не блудник, о том, что он постится, как положено, приносит храму десятину. И вроде бы он всё делает правильно, он — хороший человек и даже лучше того, который вместе с ним зашёл в храм. А мытарь был сборщиком подати, и многие жители не любили его, потому что эти люди брали больше, чем положено, забирали буквально последнее. Но мытарь, зашедший в храм, не стал оправдываться перед Богом, не стал говорить Ему, что собирает подать не специально. Он просто говорил Богу:«Боже, буди милостив мне грешному» и ударял себя в грудь. Фарисей же, напротив, перечислял Богу все свои заслуги. Но он забыл учесть, что в первую очередь Господь является Милостью. И, как известно, в Царство Небесное первыми вошли не священники того времени, не праведные люди, а разбойник, который находился рядом со Христом на кресте. На кресте распинали тех, кто был настолько для людей омерзительным, что им находили самое последнее, самое позорное наказание — распятие на кресте. Господь сказал, что из храма вышел оправданным не фарисей, а мытарь, который совершил очень много грехов и раскаивался в них, прося у Бога прощения.